Эффективность Годовой отчет 2015

Время консервативных стратегий

Ни резкие колебания цен на нефть и золото, ни волнения на ведущих мировых рынках акций не изменили психологию клиентов ABLV: сохранить свои накопления — важнее, чем (не) заработать на спекуляциях. О том, где ожидается рост и за каким уровнем доходности начинается непредсказуемость, рассказывает Леонид Киль, председатель правления ABLV Asset Management и ABLV Capital Markets.

Подведем итоги 2015 года. Он был сложным для инвесторов, особенно на рынках акций и нефти.

Помните фильм «Собачье сердце»? Там домком и товарищи пели песню про то, что суровые годы уходят, но другие будут тоже трудны... (Улыбается) На мой взгляд, в этой жизни ничего не изменилось: каждый предыдущий год вряд ли легче следующего. Хотя, конечно, 2015-й легким для инвесторов назвать нельзя. Темп жизни стал столь быстрым, что многие фундаментальные вещи в принципе перестали работать.

Например?

Я уже давно шучу про «рынки с женской психологией» — с иррациональным мышлением инвесторов. Раньше все понимали логику как по учебнику: если есть инфляция, расширение рынков, рост ВВП — это влияет на рост акций, снижение доходности облигаций, рост потребления. Сегодня вся эта логическая цепочка не работает — или работает как захочет.

В 2016 году на мировых рынках сменился сентимент. Если раньше говорили, что когда Америка чихает, болеет весь мир, то теперь все следят за тем, как чихает Китай. И кто-то на этом зарабатывает. У нас есть клиенты, которые очень агрессивно работают с производными третьего порядка: есть индекс волатильности, на него есть фьючерс, на который есть опцион. И эти люди говорят: если раньше они в Москве в 14:00 включали компьютер и спокойно следили за колебаниями, то теперь они у терминала уже в 6:00 утра.

Следят за Азией?

Да, в это время уже работает китайский фондовый рынок. И если рано утром китайские биржи упали на 7%, то вечером американские индексы, скорее всего, тоже уйдут в минус. При этом если в 90-х годах считалось, что колебания американского индекса S&P 500 на 1% и более за день — это очень сильное изменение, которое редко бывает, то сегодня колебания на 1% — это очень тихий день.  

Горизонты инвестирования у клиентов тоже стали короче?

Недавно как раз обсуждали это с клиентом. Сошлись во мнении, что сейчас горизонт инвестирования — не больше 12 месяцев. Это предел того, как далеко можно пытаться заглянуть в будущее. Планировать на пять лет вперед уже бессмысленно. Кто из нас в 2010 году мог предвидеть события 2015 года — хотя бы с точки зрения мировых финансов? Даже на год вперед заглядывать сложно.

Есть поговорка: «Неопределенность хуже неприятности». Вот сегодня мы живем в ситуации, когда слишком у многих событий неопределенный исход. Снимут санкции с России или нет? Неясно. Зато в феврале сняли санкции с Беларуси — и никто этого не ожидал. Никто не знает, сколько будет стоить нефть в конце года. Эксперты говорят, что цена барреля снова вырастет до 50 долларов. Но это ведь слова, в карман их не положишь. А кто мог предугадать пару лет назад, что нефть так быстро пройдет путь от 140 до 30 долларов? Вся эта совокупность непредсказуемых факторов не позволяет строить стратегии надолго.

Рисковые инвестиции — как пряности в еде: без них можно обойтись, но будет не очень вкусно.

Какие результаты были у фондов ABLV?

Год был не из лучших. Наши консервативные фонды хорошо сработали как защитная стратегия. То есть сначала сохранить, а уж потом приумножить. А более доходные программы сработали слабо. Все рынки, где инвесторы рассчитывали даже не на двузначную доходность, а на плюс 5–8%, — в итоге или в минусах, или с минимальным плюсом.

Хорошо тем, кто в конце 2015-го и в начале 2016 года не сидел в акциях.

Мы сами в этом вопросе очень консервативны. Считаем, что в портфеле должно быть 80–90% облигаций. И только 10–20% — в более рисковых активах: акции, золото, нефть. И тем, кто хочет рисковать, нужно понимать: колебания той же нефти на плюс-минус 6% в день — это сегодня обычное дело. Вообще рисковые инвестиции — как пряности в еде: без них можно обойтись, но будет не очень вкусно.

Инвестируя небольшую часть портфеля в нефть, вы бы покупали фьючерсы или акции нефтедобывающих компаний?

Самый простой для инвестора инструмент — фонды ETF (Exchange-Traded Fund — торгуемый на бирже фонд), инвестирующие в нефтяные фьючерсы. Комиссия фондов там мизерная — сотые доли процента. Покупая акции нефтяных компаний, нужно дополнительно анализировать: какая у них себестоимость добычи, с кем они торгуют, какие там задолженности и корпоративные риски...

Привязанные к цене на нефть фонды ETF — лучше простые, или с тройным плечом, чтобы посильнее прочувствовать колебания?

Тройной ETF с колебаниям на 15–20% в день? Не рекомендую никогда. Чтобы заниматься такими стратегиями, нужно очень четко понимать, куда ты идешь. У нас есть пара очень рисковых клиентов, которые на этом активно зарабатывают, — но это исключение из правил.

В феврале 2016 года американские рынки акций падали почти на 20%. В тот момент клиенты не начали переводить часть денег в подешевевшие акции?

Есть две основные группы клиентов. Первые — довольно консервативны и больше нацелены на сохранение своих средств. Они не реагируют на дополнительные возможности во время падения рынков и не меняют свою защитную стратегию. Конечно, они не против, чтобы им позвонили и рассказали про дополнительную возможность заработать. Но банк не может гарантировать, что это возможность именно заработать, а не потерять.

Например, в декабре 2015 года многим казалось, что акции уже сильно подешевели и можно покупать. Но в феврале 2016-го они упали еще сильнее. Никогда не знаешь, не упадут ли завтра еще. Поэтому в управлении активами мы исходим из того, что для нашего клиента главное — не потерять. Он не сильно расстраивается, если портфель потеряет 1–2%, и не бурно радуется, если вырастет на 3–4%.

Другая группа клиентов — те, для кого работа на финансовых рынках — это часть их профессиональной жизни. Или те, для кого финансовые спекуляции начинались с хобби, но со временем стали чем-то более серьезным. Они настроены на более агрессивные стратегии. При этом там тоже популярны облигации, под залог которых в банке можно получить финансирование. Например, купил облигации российского Сбербанка под 5% годовых, взял под них 50% финансирования за 3% годовых, снова купил тех же облигаций — в итоге около 6–7% можно заработать. Сегодня это неплохая доходность.

И отдельный случай среди клиентов — те, кто работает со стратегиями на маржинальных рынках. Но тут мировая статистика злая: 75% теряют свои деньги в первые три месяца, еще 15% — в течение года. Остаются 10% не то чтобы везунчиков, но людей, которые понимают, что они делают. Тут главное осознавать соотношение между риском и доходностью.

Вспоминаются истории про маржинальных трейдеров, которые, открыв позицию, поехали купить хлебушка. А вернувшись, поняли, что рынок ушел не туда, деньги потеряны и ездить теперь будет не на чем.

И что хлебушек они теперь покушают нескоро. (Улыбается) Да, но тут сразу отмечу: акционеры банка не приветствуют такие рисковые операции и крайне сдержанно предлагают их клиентам. Мы их отдельно не рекламируем. Потому что если клиент без опыта трейдинга быстро потеряет свои накопления — он точно не будет счастлив. Банку это не нужно.

При этом у нас есть доступ к абсолютно любым инструментам, которые есть в мире, — для тех, кто знает что делает. Поэтому рабочий день брокеров в ABLV начинается в 8:30 и заканчивается в 24:00.

На ежемесячном инвестиционном комитете обсуждаются актуальные вопросы инвестиционного направления

Какие прогнозы на 2016 год?

Думаю, начиная с весны главные мировые индексы — американский S&P 500, немецкий DAX, китайский SSE — развернутся и начнут двигаться вверх. И для тех, кто покупал на минимумах в начале февраля, это будет хорошая возможность заработать. Другой вопрос, компенсируют ли рынки то, что потеряли ранее. Ведь известно — чтобы компенсировать падение на 50%, нужно вырасти на 100%. А вырасти всегда сложнее, чем упасть.

Традиционно консервативная политика ABLV повышает надежность сохранности средств.

А как же классические книжные истины про то, что при горизонте инвестирования более пяти лет лучше вкладывать в акции?

Все же мы сравнительно консервативны. Кроме того, наши клиенты — чаще всего предприниматели, а не профессиональные финансисты. Они не пытаются при помощи наших программ максимизировать прибыль. Их логика: зарабатывать тяжело, сохранить еще сложнее. И наша задача — помочь эти заработанные деньги сохранить и немного заработать. Поэтому мы отдаем предпочтение облигациям.

При этом большинство управляющих обычно покупают уже готовые мировые фонды облигаций или акций, где все уже упаковано.

Мы тоже покупаем ETF фонды облигаций, но управляющий все равно должен включать голову. Нужно выбрать правильные фонды и понять, когда наступает правильный момент для их покупки или продажи, а также скомпоновать их в правильной пропорции. А дальше начинается история — кто из управляющих лучше угадал и кто удачней зашел.

Ваши клиенты из России и стран СНГ, где экономика переживает сложные времена, не забирают свои накопления для нужд бизнеса или просто «на жизнь»?

Нет, такой тенденции нет! Даже в своем бизнесе настроения у людей очень разные. Кто-то говорит, что сейчас в России масса возможностей, кто-то, наоборот, — что все плохо.

Аппетит к риску тоже не изменился?

Мы с клиентами взрослеем, а желание рисковать с возрастом становится меньше. Есть такое наблюдение, что до 50 лет мужчина склонен активно зарабатывать, до 60 — сохранять капитал, а потом — тратить. Сейчас тем, кто начинал бизнес в 90-е, зачастую около пятидесяти. В этом возрасте уже не то отношение к риску, что было в двадцать лет. Появляется ответственность за детей, а у кого-то и за внуков. Ты понимаешь, что твои действия повлияют на твоих близких, не только на тебя.

Вы упомянули золото как рисковый актив. Насколько востребованной оказалась услуга приобретения физического золота в люксембургском дочернем банке ABLV?

Это не продукт массового спроса, хотя есть люди, для которых важна физическая форма. Но больше покупают виртуальное золото в виде записи на банковском счету, когда колебания цены отражаются на счете.

С физическим золотом особенность в том, что даже те, кто его покупает, практически никогда не выносят его за пределы швейцарских или люксембургских банков.
Потому что как только ты его вынес, для обратной продажи придется проводить экспертизу слитков. А с точки зрения хранения дешевле всего купить золотой фьючерс.

Все ваши клиенты из России и стран СНГ наверняка обслуживаются и в своих домашних банках. Почему для накоплений и управления активами они выбирают Латвию?

Причины разные. Во-первых, не зря говорят: подальше положишь — поближе возьмешь. Свою роль играет и тот факт, что традиционно консервативная политика ABLV повышает надежность сохранности средств. Ведь не секрет, что многие банки в России до сих пор грешат тем, что используют клиентские деньги для своих инвестиционных программ. У нас такого не может быть. Многие разделяют активы: одну часть хранят дома, другую — за пределами родной страны. Главную причину спроса на Латвию назвать сложно, тут целый ряд факторов.

Все меньшую роль играет налоговое планирование и защита информации. Мир меняется, и та банковская конфиденциальность, что была 20 лет назад, исчезает. Даже в Швейцарии уже не разрешают закрывать информацию о своих клиентах в налоговых вопросах. И это всех касается — что в Америке, что в Европе. В России программа присоединения к системе обмена информации заработает в 2018 году. Тут не нужно питать иллюзий. Жизнь меняется.

Да, в 90-е годы латвийские банки открывали анонимные счета, научившись этому у австрийских коллег. Сегодня об этом можно забыть — или вспоминать, рассказывая истории за кружкой пива, что когда-то можно было открыть счет без паспорта, просто назвав набор из десяти цифр. Нет больше таких технологий. Сейчас все большее значение для клиента имеет человеческий фактор, удобство коммуникаций с банком.

Многие разделяют активы: одну часть хранят дома, другую — за пределами родной страны.

Про 2016 год говорят, что главная инвестиционная идея, на которой будут заработаны и потеряны самые большие деньги, — колебания цен на нефть. Как я понимаю, большинство ваших клиентов эту рискованную тему не обыгрывают.

Нет, это не наша инвестиционная идея, и для наших клиентов мы ее реализовывать не будем. Иметь возможность в разы больше заработать — или в разы больше потерять... Мое субъективное мнение таково: сейчас рынок стал нечестным по отношению к инвесторам. Раньше было как: идешь заработать 3% и понимаешь, что можешь потерять 2%. Или идешь заработать 10% и понимаешь, что есть риск потерять 20%. А сейчас ты идешь заработать 5%, но можешь потерять 50%. Это как в океане купаться — делаешь два шага и на третьем резко уходишь под воду с головой.

В каких инструментах так было?

Облигации инвестиционного рейтинга, но не самого высокого. Когда-то считалось, что они мало подвержены колебаниям. Но если посмотреть списки этих облигаций в начале и в конце 2015 года, то многие из них за год перешли в разряд «мусорных». И ты вроде бы пошел за 5% доходности, а через год обнаружил минус 7–8%. Потому что оказалось, что эти страны или компании с точки зрения рейтинговых агентств стали проблемными.

Конкретный пример — Россия образца конца 2014 года. Тогда стоимость большинства российских облигаций упала на 30%. Те, кто пересидел год, в итоге остались при своих. А те, кто испугался истерики на рынках, потеряли эти 30%. Хотя, казалось бы, ничто не предвещало беды, люди не шли за рискованными играми и двузначной доходностью. Шли на рост в 5–6%.

Какая доходность в облигациях остается относительно предсказуемой?

3%. И как только ты хочешь заработать больше 3% годовых, нужно задать себе вопрос: а готов ли я потерять в 10 раз больше? Поэтому мы рекомендуем более консервативные облигации и небольшую примесь акций или других рисковых активов.

Конечно, кто-то может сказать: а я за пять лет на S&P 500 заработал 50 и более процентов. А у вас в облигациях только 10–15%. Да, заработать больше можно. Но тут вопрос — готов ли клиент, вставая каждое утро, думать не о своем основном бизнесе, а следить за котировками акций или нефти?

Содержание

Творческая группа: Арнис Артемович, Эрнест Бернис, Янис Бунте, Екатерина Колесина, Сергей Мазур, Саманта Приедите, Юлия Сурикова, Роман Сурначёв, Анна Целма, Илмар Ярганс
Менеджеры проекта: Юлия Сурикова, Анна Целма
Интервью: Янис Бунте, Константин Гайворонский, Катерина Гордеева, Ингрида Дроздовска, Екатерина Колесина, Сергей Мазур, Роман Мельник, Сергей Павлов, Роман Сурначёв, Янис Шкюпелис, Илмар Ярганс
Авторы текстов: Леонид Альшанский, Янис Бунте, Каспар Ванагс, Бенуа Втервульге, Янис Гринбергс, Любовь Казаченок, Марис Каннениекс, Екатерина Колесина, Зане Курземниеце, Александр Паже, Гинт Пумпурс, Дмитрий Семенов, Юлия Сурикова, Владислав Хвецкович, Анна Целма
Фотографии: Арнис Артемович, Улдис Бертанс, Полина Вилюн, Валдис Каулиньш, Валтс Клейнс, Марк Литвяков, Сергей Мазур, Рейнис Олиньш, Саманта Приедите, Гатис Розенфельдс, Андрей Хроленок, Мартиньш Цирулис, Иева Чика, Кришьянис Эйхманис, Алиса Ястремская, LETA foto, Marka.photo, Studija F64
Корректура: Татьяна Самуленкова, Людмила Мадисон
Дизайн: Айвис Лизумс, Валтерс Хорстс
В сотрудничестве с Anonymous Publishing, SIA

Все права защищены Законом ЛР об авторских и смежных правах.
Перепубликация без предварительного разрешения ABLV Bank, AS запрещена.