Эффективность Годовой отчет 2015

Глобальный потенциал экспорта финансовых услуг

Экономике Латвии для продолжения развития нужна новая движущая сила. Таковой может стать сектор финансовых услуг, особенно его международный сегмент. Финансовые услуги как часть экономики с высокой продуктивностью и добавленной стоимостью стимулируют и сопряженные отрасли, и менее продуктивные сегменты народного хозяйства. Своими размышлениями по этому поводу делится председатель Совета ABLV Bank Олег Филь.

Когда мы говорим об экспорте латвийских товаров и услуг, первое, что обычно приходит на ум, это традиционные шпроты, лесоматериалы, туризм. Банковская деятельность с экспортом не ассоциируется.

До сих пор бытует миф: все, что условно производится вручную, дает экономике осязаемую доходность. А все связанное с услугами неощутимо, неосязаемо. К сожалению, этот миф культивируется. Хотя за пределами Латвии имеются наглядные примеры того, как, используя не руки, а мозг, можно добиться намного более существенных результатов, отдачи, экономической прибыльности, так называемой добавленной стоимости, приводящей к развитию народного хозяйства и преумножению валового внутреннего продукта.

Упомянутое отношение характерно для экономики, застрявшей в капкане средних доходов. Сельское хозяйство, деревообработка, туризм, ресторанный бизнес, парикмахерские и прочие подобные услуги относятся к малопродуктивной части экономики, в которой сложно добиться развития и повышения добавленной стоимости. Эта неэффективная часть напрямую зависит от продуктивной части экономики.

Отличный пример — швейцарские шоколадные конфеты, которые изготавливаются мастерами в небольших магазинах и продаются по десять евро за штуку. Как можно позволить себе устанавливать столь высокие цены? И почему люди готовы платить? Потому что Швейцария — одна из самых богатых стран мира, и все благодаря именно продуктивной части ее экономики. Там действуют и банки, и все крупнейшие торговцы сырьем. Сотрудники подобных компаний получают хорошую зарплату, поэтому могут спокойно отдать за конфету десять евро.

Получается, если развивать банковский сектор, международные финансовые услуги, то можно поднять и ту часть экономики, которая связана с промышленностью — прежде всего для местного потребления, а уже потом для экспорта?

Именно. Этот пример демонстрирует, что продуктивная часть экономики может делиться с менее продуктивной частью, стимулируя ее. К тому же продуктивная часть — то есть умственный труд — имеет неограниченные возможности развития.

Каковы шансы и возможности в этом плане у Латвии?

Спектр услуг в нашей стране может быть очень широким — ведь речь идет не только о банках, но и об ИТ, фармацевтике, различных маркетинговых услугах, исследованиях, в том числе международных. Думаю, в Латвии имеются все возможности для более продуктивного использования умственного потенциала, поскольку наша система образования, несмотря на критику, обладает существенным преимуществом: выпускники школ и вузов владеют тремя языками. Это 90 процентов успеха, так как всему остальному можно научиться.

Что касается системы образования, хочется, чтобы она удерживала молодежь от работы в малопродуктивной части экономики. Конечно, соблазнительно вследствие экономических и прочих проблем пойти работать, например, барменом или продавцом, но в этом случае мы теряем потенциального специалиста, который мог бы быть задействован в продуктивной части экономики. Считаю, что надо всеми силами добиваться того, чтобы молодые люди стремились получать высшее образование, изучали иностранные языки, поскольку в будущем это гарантирует им высокие доходы, а экономика получит больший вклад.

Какую роль играют банки именно в экономике Латвии?

По сравнению с нашими ближайшими соседями Рига является более крупным финансовым центром. В Латвии аккумулированы 70% всех международных клиентов стран Балтии. В основе этого лежит не только знание русского языка, на котором говорит большинство представителей стран СНГ, но и количество банков, широкий спектр услуг, развитые операции по вкладам и брокерским услугам, а также другие финансовые инструменты. По данным 2014 года, банковский сектор прямо и косвенно обеспечивает около 4,5% ВВП, его прямое влияние на экономику составляет 2,44%, из которых 1,27% — сегмент местных клиентов, а 1,17% — доходность от международных клиентов. Это конкретные цифры, однако важно учитывать не только банковскую деятельность, но и ее влияние на смежные отрасли. Что касается товаров и услуг, банковский вклад составляет 2%, а добавленная стоимость для экспорта — 7,28%.

Олег Филь получает награду Службы государственных доходов «Крупнейший налогоплательщик в банковском секторе»

Скорее всего, эти цифры следует рассматривать в контексте числа задействованных в банковском секторе специалистов.

При всем вкладе в экономику банковских работников становится все меньше. За последние пять лет их число сократилось примерно на 2 000 человек, что связано с оптимизацией, введением электронных услуг, расширением предложений интернет-банка. В 2014 году в банковской сфере по Латвии в целом работали 9 362 служащих, каждый из которых делал вклад в ВВП в размере почти 63 тыс. евро — в 2,6 раза больше, чем в среднем в других отраслях страны. И в сегменте международных клиентов добавленная стоимость, или вклад в экономику одного работника, в 2014 году был почти вдвое больше — 113 тыс. евро. В тот же период банковский сектор уплатил налоги на сумму 141 млн евро. Это значит, что банки являются движущей силой, что мы идем впереди других областей, — а это хорошо и для развития всей экономики в целом. Ведь банковский сектор работает в сотрудничестве с другими отраслями — такими как страхование, биржа, инфраструктура, недвижимое имущество, ИТ, аудиторские и консалтинговые компании. Во многих смежных отраслях мы являемся крупными заказчиками. Причем все остальные сферы экономики — клиенты банков. 

Банки являются движущей силой, мы идем впереди других областей — а это хорошо для развития всей экономики в целом.

ABLV Bank получил приз Red Jackets как один из крупнейших экспортеров услуг. Какое значение имеет его деятельность в международном масштабе?

В рейтинге крупнейших налогоплательщиков страны ABLV Bank занимает 17-е место — сразу после всех крупных торговцев топливом и прочими акцизными товарами. Вывод: не производя ничего осязаемого и не продавая товары, можно обеспечивать довольно большой вклад в экономику.

Считаю, что надо как можно шире использовать возможности создания добавленной стоимости при использовании только умственного потенциала. По сравнению с другими странами мы в этом деле новички.

Очень большим сектором являются аутсорсинговые услуги. Объясню на примере крупной корпорации. Например, центр исследования и разработки новой продукции Apple находится в Америке в Силиконовой долине, где создается самая большая добавленная стоимость компании; производство, как известно, расположено в Китае; сервис ИТ и поддержка клиентов — в Ирландии; логистика, торговля, склады, обработка грузов и заказов, организация доставки и т. д. в основном базируются в Нидерландах; центр финансового учета размещен в Люксембурге. Этот пример демонстрирует, что каждая страна может найти свою нишу, свой потенциал развития, больше специализируясь в определенной сфере с целью добиться лучших экономических показателей.

Сфера исследований у нас пока развита слабее, поэтому изобретение новой продукции проблематично.
Производственный потенциал в Латвии довольно ограничен — предприниматели, планирующие развивать бизнес в Латвии, ежедневно сталкиваются со следующей проблемой: где-то в Азии это же можно сделать дешевле и эффективнее. Потенциал развития есть в сфере ИТ, несмотря на то, что доступность сотрудников у нас ограничена. Также хороший потенциал имеют услуги горячих линий поддержки клиентов. Еще можно назвать перспективными сферы логистики, маркетинга, транспорта, потока товаров, грузов и т. д.

Финансовый сектор у нас стабилен, он развивается и готов принимать новых клиентов.

А как же финансовый сектор?

Не уверен, способны ли мы предложить Apple и подобным компаниям услуги Риги как финансового центра, но можно пытаться к этому стремиться, и, возможно, лет через десять у нас что-то получится. Мы можем понаблюдать за Эстонией, перенявшей внешние услуги у Швеции и Швейцарии и в то же время сохранившей связанные с Россией внешние услуги (в сферах потока товаров, железной дороги, портов). Мы также можем посмотреть на Польшу, которая шла по производственному пути развития, что было логично, так как страна находится близко к богатым европейским рынкам, поэтому, перенеся  в нее заводы, крупные корпорации, могли быстро поднять свою конкурентоспособность. Однако в последние десять лет Польша начала превращаться в поставщика внешних услуг. Создав практически в каждом крупном городе так называемые кластеры и предложив различные преимущества, страна уже переманила несколько корпораций, действующих в сфере исследований, поддержки клиентов и ИТ, маркетинга и пр. К сожалению, сейчас мы не можем похвастаться привлечением таких именитых корпораций, как поляки.

Достаточно ли того, что мы перенимаем положительный опыт других стран?

То есть вы хотите спросить, сможем ли мы добиться великолепных результатов, скопировав у Ирландии функции поддержки сервиса клиентов или ИТ? Скорее всего, нет. Ведь Ирландия обладает большим преимуществом — ее жители говорят на чистом английском языке. Можно ли добиться таких же результатов, как это удалось Голландии, если перенести ее логистику, поток товаров, маркетинг, склады? Опять-таки, скорее всего, нет. Потому что мы не находимся в центре Европы, где расстояния до места доставки минимальны. Мы на окраине, поэтому, скопировав чужой опыт, ничего не добьемся.

Надо придумать что-то свое?

Важно учитывать три существенных фактора. Во-первых, мы должны выдвигать чуть более низкие расценки, нежели наши конкуренты. Во-вторых, нам надо быть быстрее конкурентов. А третий, самый важный фактор — мы должны стремиться к обслуживанию мировых компаний меньших размеров, хотя для Латвии и они, понятное дело, будут считаться крупными. С такими предприятиями легче работать, и их намного больше, чем корпораций масштаба Google, Apple, IBM, Microsoft, которые к тому же уже укоренились в разных странах мира. Через несколько лет, когда мы получим международное признание как поставщики финансовых услуг, можно будет говорить и о вышеупомянутых гигантах.

Скорее всего, в банковском деле огромную роль играет репутация страны. Особенно это касается предоставления банковских услуг иностранцам. Существует ли в Латвии достаточно надежная система контроля доверия клиентов, позволяющая избегать скользких ситуаций?

Думаю, контроль над банками в Латвии достаточно серьезный. Конечно, всегда можно найти какие-то недостатки, но главное, приняты все необходимые законы — и регулирующие учреждения выполняют свою роль. Три крупнейших банка, в том числе наш, контролируются и со стороны Европейского центрального банка.

Также банки непрерывно работают над усовершенствованием системы внутреннего контроля. Проводится огромная работа, накапливаются знания, обучается персонал. Важно все по возможности автоматизировать. Так как Латвия является более крупным финансовым центром, нежели соседние страны, то мы сами должны уметь контролировать безопасность деятельности банков.

Финансовый сектор у нас стабилен, он развивается и готов принимать новых клиентов. Воспользовавшись географическим положением нашей страны и прочими преимуществами, можно продолжать развитие и международного сегмента, предлагая клиентам не только расчетные услуги, которые, с одной стороны, проще, а с другой — сопряжены с большим риском в связи с проверкой и контролем денежного потока. В свою очередь, если предлагать инвестиционные и брокерские услуги, риск намного меньше, а потенциал развития — выше.

В последнее время все более активную деятельность ведут поставщики быстрых кредитов. Являются ли они конкурентами банкам?

Конечно, интересно послушать дискуссии, в которых банки называют застойными организациями, а также прогнозы о том, что якобы общества с ограниченной ответственностью, называющие себя платежными компаниями, вот-вот переймут большую долю банковского бизнеса. Но кто подумал о контроле подобных компаний? С какими деньгами они работают, застрахованы ли средства их клиентов? Также непонятны разговоры о так называемых промежуточных этапах, формирующих платформу кредитования, в которых предпринимается попытка свести инвесторов с заемщиками — при этом применяются неапробированные модели риска и выдача кредитов с 30-процентной годовой ставкой. В Латвии 24 банка предлагают кредиты, исчисляемые в миллиардах, по 3-процентной ставке, и то мало кто готов их брать — а что уж тут говорить о 30% в год? Что за люди берут такие кредиты, почему они готовы делать это на таких условиях, почему не идут в банки? Каковы преимущества такого кредитодателя по сравнению с банками?

Возможно, главное преимущество — отсутствие проверки?

Да, возможно, все дело в деятельности с высоким риском, что следует воспринимать крайне скептично.

История успеха нашей страны зависит от вклада каждого жителя и от конкурентоспособности каждого предпринимателя.

Если посмотреть шире на предпринимательскую среду, на необходимость привлекать инвестиции — то какой поддержки вы ожидаете от государства?

Здесь можно говорить о том, чего не понимают наши политики, утверждая, что Латвия должна развивать конкурентоспособность в мире, но в то же время забывая о главном: продуктивность, история успеха нашей страны зависит от вклада каждого жителя, и от конкурентоспособности каждого предпринимателя, пытающегося чем-то здесь заниматься. То есть если предприниматели не будут конкурентоспособны, то и о конкурентоспособности Латвии не может быть речи, поскольку она начинается и, думаю, заканчивается конкурентоспособностью каждого предприятия и каждого трудоспособного жителя.

Латвия должна четко сигнализировать о том, что ориентируется не на налоги на прибыль новых компаний, а на развитие их деятельности в пределах страны. Это обеспечит более быстрые, крупные доходы от выплачиваемых зарплат. Поэтому если предприниматель готов развивать свой бизнес в Латвии, ему надо дать возможность «для разбега». Если инвестор планирует поставить свое предприятие на ноги в течение трех лет, то, естественно, первые два года будут убыточными. Следующие два года он будет работать «по нулям» или с небольшим плюсом, компенсируя минусы первых лет. А потом, возможно, предприятие станет доходным. Учитывая это, многие страны предлагают налоговые льготы и ставят инвесторов в известность, в том числе при помощи маркетинга, о том, что первые четыре года им не придется платить налог на прибыль.

Вносить серьезные изменения в законодательство не надо — достаточно нескольких поправок. Например, о том, что разрешается оформлять документы для подачи в Службу госдоходов и Регистр предприятий на английском языке. Это очень важно для всех инвесторов. Также важно разрешить предприятиям выполнять функции членов правления. Иностранный инвестор не всегда может сам руководить компанией. Основав учреждение в Латвии, он должен кого-то назначить на должность члена правления, будучи при этом уверенным, что руководитель — ответственный профессионал. Хорошо, если у инвестора уже имеются здесь связи и знакомства, но обычно это не так. У нас представлять компанию может только физическое лицо, а во многих развитых странах оперативным руководством предприятий занимаются специальные юридические фирмы. То есть, заключив договор с инвестором, они обеспечивают выполнение функций члена правления и отчитываются не только перед инвестором, но и перед государством, госучреждениями.

Вернемся к ABLV Bank. Каковы ваши преимущества в ситуации глобальной конкуренции? В чем ваше отличие, в чем ваша сила, раз уж вы находитесь в числе лидеров?

ABLV Bank заинтересован в построении долгосрочных отношений с клиентом. Например, клиент может выбрать брокерскую услугу и самостоятельно решать, во что вкладывать, либо пользоваться профессионально управляемыми инвестиционными фондами, которые мы предлагаем уже десять лет. У нас 12 фондов, их объем в 2015 году достиг 129,7 миллиона евро. Все фонды структурированы по разным уровням доходности и по регионам. Есть вкладчики, ориентированные на фонды развитых стран, а есть те, кто предпочитает рынки развивающихся стран, доходность которых может быть больше, но и риски выше. Работаем с тремя валютами — евро, долларами США и российским рублем.

В Латвии наш банк по размерам второй, но во всемирном масштабе мы не являемся крупным учреждением. Поэтому стараемся обслуживать клиентов быстрее и эффективнее. Концентрируемся на сферах, в которых видим перспективу развития, и стараемся избегать отраслей, в которых не можем конкурировать.

Содержание

Творческая группа: Арнис Артемович, Эрнест Бернис, Янис Бунте, Екатерина Колесина, Сергей Мазур, Саманта Приедите, Юлия Сурикова, Роман Сурначёв, Анна Целма, Илмар Ярганс
Менеджеры проекта: Юлия Сурикова, Анна Целма
Интервью: Янис Бунте, Константин Гайворонский, Катерина Гордеева, Ингрида Дроздовска, Екатерина Колесина, Сергей Мазур, Роман Мельник, Сергей Павлов, Роман Сурначёв, Янис Шкюпелис, Илмар Ярганс
Авторы текстов: Леонид Альшанский, Янис Бунте, Каспар Ванагс, Бенуа Втервульге, Янис Гринбергс, Любовь Казаченок, Марис Каннениекс, Екатерина Колесина, Зане Курземниеце, Александр Паже, Гинт Пумпурс, Дмитрий Семенов, Юлия Сурикова, Владислав Хвецкович, Анна Целма
Фотографии: Арнис Артемович, Улдис Бертанс, Полина Вилюн, Валдис Каулиньш, Валтс Клейнс, Марк Литвяков, Сергей Мазур, Рейнис Олиньш, Саманта Приедите, Гатис Розенфельдс, Андрей Хроленок, Мартиньш Цирулис, Иева Чика, Кришьянис Эйхманис, Алиса Ястремская, LETA foto, Marka.photo, Studija F64
Корректура: Татьяна Самуленкова, Людмила Мадисон
Дизайн: Айвис Лизумс, Валтерс Хорстс
В сотрудничестве с Anonymous Publishing, SIA

Все права защищены Законом ЛР об авторских и смежных правах.
Перепубликация без предварительного разрешения ABLV Bank, AS запрещена.